«Ваш ребенок вернется домой, а мой — никогда»

Людмила, мать 30-летнего Самрата Джавадова, чье тело она обнаружила в лесу после двух недель поисков, прокомментировала приговор, вынесенный убийцам сына.

Четверо фигурантов получили реальные сроки заключения в колонии строгого режима. Дмитрий Сафронов приговорен к 9 годам, Дмитрий Моисеев — к 8,5 года, Виталий Мельников и Никита Золотарев — к 10 годам каждый. Дела еще двоих подозреваемых выделены в отдельное производство: они заключили контракт с Минобороны и отправились в зону СВО.

На заседаниях один из обвиняемых утверждал, что выступает против наркотиков и хотел лишь поговорить с погибшим. По словам Людмилы, такие заявления звучали абсурдно. Она отметила, что Моисеев так и не принес ей извинений, даже в последнем слове. Мельников зачитал извинения по бумажке, Сафронов тоже что-то говорил, но хотя бы поднял глаза. Золотарев передал 50 тысяч рублей на памятник сыну из личных сбережений.

Согласно гособвинению, 31 октября Моисеев на машине матери отвез Золотарева, Мельникова, Ахмедова и Абдулаева в СНТ «Лесные дали». Там по указанию Сафронова они изготовили предмет, похожий на сверток с имитацией наркотика, и спрятали в лесу. Затем Золотарев отправил фотографию и координаты Сафронову, после чего участники стали ждать жертву.

В день исчезновения Джавадов встретился с бывшими коллегами Даниилом Шишкиным и Александром Ракоедом недалеко от СНТ. Как рассказал Шишкин, бизнесмен попросил подстраховать его на странной встрече в лесу, предложив за помощь от 30 до 50 тысяч рублей.

В день оглашения приговора зал суда был переполнен стороной защиты. Матери обвиняемых продолжали настаивать на невиновности своих сыновей. Людмила не приехала на заседание и не предупредила друзей сына, опасаясь стычек.

«Ваш ребенок через восемь с половиной или семь лет вернется домой, а мой — уже никогда, — сказала Людмила. — Мой сделал неправильный выбор. Если бы в тот день он поехал забирать клюкву, ничего бы не случилось. Он не должен был ехать на ту встречу. За свое решение он поплатился жизнью. Ваш ребенок тоже сделал неправильный выбор. Я не требую лишать его жизни, но ответить он должен».