До 700 ТЦ в России сменят профиль, 250 могут закрыться

Российские торговые центры столкнулись с необходимостью трансформации. По оценкам, опубликованным «Известиями», до 2027 года от 500 до 700 объектов могут кардинально сменить свою концепцию, а еще 150–250 торговых точек, вероятно, прекратят работу. В ближайшие два-три года прогнозируется закрытие почти 10% из 8000 существующих в стране ТЦ.

По мнению основателя и управляющего директора Российского совета торговых центров Олега Войцеховского, в дискуссии о будущем важно разделять настоящие торговые центры и объекты, лишь формально носящие этот статус. От того, что именно считать ТЦ, зависят оценки масштабов кризиса.

Маркетплейсы, по словам экспертов, выступили катализатором проблем, а не их первопричиной. Изменилась сама модель потребления: покупатель стал более рациональным, а значительная часть покупок, ради которых раньше ехали в молл, теперь совершается онлайн.

«Ни одна индустрия не является полностью статичной», — отмечает Войцеховский. Если раньше ТЦ был универсальным местом для шопинга, встреч и досуга, то сегодня эту функцию во многом заменили цифровые сервисы. Возврат к прежним объемам трат на традиционный шопинг маловероятен, даже если рост онлайн-площадок замедлится.

Партнер коммуникационного агентства «Голдман и По» Ахмед Юсупов подчеркивает, что у физических пространств остаются недоступные для доставки преимущества: ресторанный опыт, тренировки, медконсультации или детские занятия. Именно на эти направления и стоит делать ставку.

Основатель управляющей компании Smarent Виктор Зубик прогнозирует, что многие объекты физически сохранятся, но их функция изменится до неузнаваемости. Примером служит Китай, где ТЦ превращаются в культурно-досуговые кластеры с ботаническими садами, выставками, лекториями и цифровыми инсталляциями. Цель — дать человеку повод приехать, даже если покупки не планируются.

Войцеховский предрекает эволюцию ТЦ в торгово-общественные комплексы, где торговля занимает лишь половину площади. Остальное пространство отдается неторговым функциям: медучреждениям, коворкингам, образовательным центрам и даже госсервисам вроде «Московского долголетия» или «Моих документов».

Меняется экономика объекта: вместо разового визита ради покупки человек приезжает регулярно — на тренировку, занятия ребенка, прием к врачу или в офис. Владельцы пересматривают и портрет идеального арендатора. По словам Войцеховского, в ТЦ приходят небольшие локальные проекты — танцевальные школы, студии, клубы по интересам.

«В буквальном смысле кого-то из подвала вытаскивают, кого-то из подворотни приводят в чистый, красивый торговый центр», — говорит эксперт.

Впрочем, не каждый объект удастся спасти даже с помощью новых арендаторов. В зоне риска — устаревшие здания, мешающие развитию инфраструктуры. Войцеховский описывает сценарий, когда вокруг старого ТЦ вырос жилой массив, но сам объект остался в неудобной точке, уступив место новому центру внутри района.

Бизнес-стратег Евгения Истомина считает, что рынок не исчезнет, но к концу десятилетия сильно проредится. Наиболее успешные объекты превратятся в многофункциональные центры повседневной жизни, где сама по себе торговля перестанет быть единственным основанием для существования гигантского здания.