Нефтяная премия оказалась мизерной: кто заплатит за дефицит

Эффект от конфликта в Персидском заливе на нефтяные доходы России оказался минимальным. По данным Минфина за апрель, поступления налога на добычу полезных ископаемых (НДПИ) выросли вдвое — с 443 до 917 млрд рублей. Однако одновременно государство направило более 350 млрд рублей на топливный демпфер и модернизацию НПЗ, что нивелировало большую часть прироста.

В итоге чистые нефтегазовые доходы бюджета составили 856 млрд рублей при плановых 835 млрд. Таким образом, сверх плана получено лишь 21 млрд рублей — намного меньше, чем прогнозировали аналитики (300–500 млрд), которые не учли механизм демпфера.

В Минфине, тем не менее, сохраняют оптимизм. Глава ведомства Антон Силуанов ранее заявлял о «дополнительных 200 млрд рублей» в мае.

Доцент экономического факультета МГУ Магомет Янгиев считает, что проблема не в мобилизации доходов, а в снижении деловой активности. «Если вы подозреваете, что бизнес уклоняется от уплаты налогов, то вправе поднять вопрос мобилизации доходов. А тут другая ситуация: у бизнеса нет таких оборотов и поступлений, чтобы платить как прежде. Поэтому, кстати, федеральный центр и „простил“ на днях регионам внушительную часть их долгов по бюджетным кредитам, чтобы их хоть как-то их поддержать», — объясняет Яндиев.

Премьер-министр Михаил Мишустин подписал распоряжение о списании двух третей задолженности 21 региона на сумму более 114 млрд рублей. Кроме того, Минфин предлагает перенести сроки погашения части долгов по бюджетным кредитам до 2030 года. Высвободившиеся средства должны пойти на региональные программы, в первую очередь социальные.

Если нефтянка не может дать бюджету ожидаемых средств, откуда брать деньги? Янгиев не исключает, что в случае серьезного ухудшения ситуации власти могут рассмотреть «временный переход под госконтроль финансовых компаний с мобилизацией их активов на нужды государства».

Управляющий фондом и основатель финтех-платформы SharesPro Денис Астафьев называет три возможных источника: банковский «оброк», усиление налоговой нагрузки на состоятельных граждан и рост государственного долга.

По его словам, в прошлом году банки заработали около 3,8 трлн рублей, во многом благодаря высокой ключевой ставке. Разовый налог на сверхприбыль мог бы дать бюджету сотни миллиардов. Также возможно повышение ставок НДФЛ для доходов свыше 10–15 млн рублей в год (сейчас прогрессивная шкала от 13% до 22% для доходов более 50 млн). Под ударом могут оказаться и дивиденды.

Кроме того, Минфин может наращивать внутренние заимствования, размещая длинные облигации с плавающим купоном, привязанным к инфляции. Спрос на ОФЗ остается высоким. Наиболее вероятный сценарий, по мнению Астафьева, — комбинация всех трех мер: прогрессивный НДФЛ, налог на банковскую сверхприбыль и масштабное размещение ОФЗ.

«А вот нефтяную сверхприбыль, скорее всего, трогать не станут: слишком сильны интересы отрасли, — печально заключает финансист. — В результате платить за дефицит бюджета будут практически все, кроме нефтяников».