Новые меры против мошенников: что изменится для клиентов банков

С 1 сентября в России заработал новый этап борьбы с цифровым мошенничеством. Государство получило доступ к данным о переводах через Систему быстрых платежей (СБП), операциях по картам «Мир» и платежах с использованием единого QR-кода. Информация теперь стекается в Росфинмониторинг через Национальную систему платежных карт (НСПК).

Параллельно начала функционировать Единая система учета платежных карт физических лиц на базе НСПК. Банки передают туда сведения о выпущенных картах и ИНН владельцев. При оформлении новой карты кредитная организация обязана проверить, сколько платежных инструментов уже есть у клиента в других банках.

Важно: лимит в 20 карт на человека начнет действовать только с 1 сентября 2027 года. Сейчас система только собирает данные и работает как инструмент мониторинга. Одновременно изменились правила приостановки подозрительных переводов и возврата похищенных средств. Опрошенные MSK1.RU эксперты предупреждают о рисках, которые стоит учитывать каждому россиянину.

Новые меры направлены на инфраструктуру, которой пользуются злоумышленники, поясняет директор по правовым вопросам и комплаенс сервиса «Сравни» Юлия Суворова. Речь не о ручной проверке каждой покупки: система сопоставляет операции и выявляет подозрительные цепочки.

Особенно актуально это, когда украденные деньги не исчезают сразу, а начинают «путешествовать» между счетами. Один перевод, второй, третий — и первоначальный след теряется.

«Чем раньше удастся обнаружить такую цепочку, тем выше вероятность остановить дальнейшее движение средств», — объясняет Суворова.

Государство стремится оставить мошенникам следы, чего они больше всего не любят. Однако на практике это часто выглядит как ужесточение мер против самих клиентов. Отдельная тема — дропперы: люди, которые предоставляют свои карты и счета для приема и вывода украденных денег. Для мошеннической индустрии они — расходный материал.

Единый учет платежных карт должен сделать инфраструктуру дропперов менее удобной. Суворова отмечает: ограничение количества карт и единый учет позволят быстрее отслеживать подозрительную активность. Но ждать, что россиянину сегодня скажут: «У вас 21-я карта, забирайте обратно», не стоит.

Экономист Виктор Мангазеев обращает внимание: само ограничение в 20 карт вступит в силу лишь через год. Сейчас создается база, на которой оно будет работать.

Банки получили право приостанавливать подозрительные переводы на срок до 48 часов. Например, если человек внезапно меняет номер телефона или данные на «Госуслугах», а затем отправляет крупную сумму новому получателю. По словам Мангазеева, основанием для приостановки может быть перевод человеку, которому клиент не отправлял деньги ранее или не переводил их в течение последних шести месяцев, если сумма превышает 200 тысяч рублей.

Мошенник действует в режиме «срочно»: срочно списать деньги, срочно перевести на «безопасный счет», срочно сообщить код. Банк, напротив, пытается дать человеку время подумать. Логичный вопрос: можно ли разбить платеж на несколько частей, чтобы обойти порог? Мангазеев объясняет: если общая сумма связанных операций превышает установленный лимит, банк все равно может приостановить их. Регулятор анализирует поведение клиента в целом, а не отдельную операцию.

Реформа касается и уже совершенных преступлений. Если деньги переведены на счет, который попал в базу Банка России как связанный с мошенничеством, банк должен вернуть их в безакцептном порядке. Для внутрироссийских переводов срок — до 30 дней, для международных — до двух месяцев.

Мангазеев признает: победить мошенников одним пакетом мер невозможно. Эти изменения повышают для них цену атаки и усложняют типовые схемы, но не делают мошенничество невозможным. Суворова добавляет: значительная часть схем по-прежнему основана на социальной инженерии. Мошеннику достаточно заставить человека самого отдать деньги.

«Поэтому важны не только технические меры, но и финансовая грамотность — умение распознавать обман и перепроверять информацию через официальные каналы», — отмечает Суворова.

Борьба с цифровым мошенничеством превращается в бесконечную гонку технологий и человеческой психологии.