Россиянки назвали идеальный доход партнера для отношений

Свежий опрос сервиса «Мамба» и финансового маркетплейса «Сравни» показал: у романтики есть своя цена. 26% молодых россиянок в возрасте до 25 лет назвали комфортным для серьёзных отношений доход партнёра в размере 150–250 тысяч рублей в месяц. Ещё 22% устроили бы 100–150 тысяч, 15% ориентируются на 250–350 тысяч, а доход свыше 500 тысяч ожидают лишь 9% опрошенных.

Эмансипация, судя по результатам, не в тренде: 44% женщин уверены, что мужчина должен полностью обеспечивать семью. Модель «50/50» поддержали только 2%, что резко контрастирует с популярными идеями о равном распределении обязанностей.

Женщин пугает не отсутствие миллионов, а непредсказуемость. 64% опрошенных отталкивают азартные игры и ставки, 39% — постоянные займы у друзей, по 37% — скрытые кредиты и жизнь от зарплаты до зарплаты. Главным же поводом для расставания 56% респонденток назвали нежелание мужчины работать.

Экономист Виктор Мангазеев считает, что диапазон 150–250 тысяч — это не запрос на «спонсора», а скорее представление о достаточном уровне для совместной жизни. Он подчёркивает: неприятие схемы 50/50 показывает, что вопрос не в сумме, а в роли финансовой опоры, которую общество по-прежнему закрепляет за мужчиной.

Мужчина, берущий на себя основную финансовую нагрузку, демонстрирует надёжность. При этом женщина не обязана сидеть дома: её доход может оставаться личным ресурсом, а не автоматической половиной семейного бюджета.

Социолог Маргарита Несуловская предостерегает от смешения равноправия с бухгалтерией. По её словам, семья не должна превращаться в расчёты, кто заплатил на 713 рублей больше. Один партнёр может больше зарабатывать, другой — больше заниматься детьми и бытом, и роли со временем способны меняться.

«Современная семья всё реже строится по принципу жестко закреплённых обязанностей, но это не значит, что каждый вклад обязательно должен делиться поровну», — отмечает социолог.

Баланс динамичен: сегодня мужчина приносит основной доход, завтра женщина занимает более высокую должность, а партнёр берёт на себя часть домашних забот. Расходы и работа меняются, и семейное равновесие перестраивается.

Топ-менеджер и председатель совета директоров «Сибирского делового союза» Анастасия Горелкина видит в цифрах опроса подтверждение живучести традиционных гендерных моделей. «Доля в 44% свидетельствует о сохраняющихся установках, которые транслируются через семейные сценарии, медиаобразы и социальные ожидания», — говорит она.

Такие представления часто формируются с детства: в семьях, где мужчина исторически был добытчиком, эта модель воспринимается как единственно правильная. В кризисные времена ожидание «основного добытчика» становится способом найти опору в нестабильном мире.

Маргарита Несуловская добавляет: «Сегодня многие женщины обеспечивают себя сами и вступают в отношения не из-за финансовой нужды. Однако в России ожидание большей финансовой ответственности мужчины остаётся устойчивой нормой. Это не значит, что женщина не хочет работать или строить карьеру — просто финансовая нагрузка и личная реализация пока не связаны в массовом сознании напрямую».